Рисунок и подпись Гюнтера Гуммеля // «Выселить с треском». Очевидцы и исследователи о трагедии российских немцев: Сб. научн. статей и воспоминаний / Под ред. А.А. Германа, О.Ю. Силантьевой. М.: МСНК –пресс. 2011. С. 184.
Т.П. Волкова, канд. истор. наук, комментарии: В списке жителей немецкой национальности колонии Сарепта (г. Сталинград, август 1941г.) под № 3 на с. 24 записана семья Штейнле Эдуарда Ивановича (1914 г. р.), его русской жены Корпенко Александры Ивановны (1918 г. р.) и двух дочерей Альвины (1940 г.р.) и Лидии (1941 г.р.). Их, как и других немцев, депортировали в Казахстан. В Восточно–Казахстанской обл. семью разделили. Отца отправили в трудармию на лесоповал, Александру Ивановну с двумя малолетними детьми увезли в сельскую местность. Первые месяцы были особенно сложными для Александры Ивановны: моральное потрясение от депортации, тоска от расставания с родными, физические страдания… Местное население вначале встретили немцев со страхом.
Об этом рассказала в интервью Лидия Эдуардовна Штейнле со слов своей матери. Интервью взяла в 2020 г. Нелли Третьякова (Центр немецкой культуры им. бр. Лангерфельд, г. Волгоград).
Штейнле Лидия Эдуардовна [Электронный ресурс]: [интервью] // Путь народа: [сайт] – URL: https://volksweg.rusdeutsch.ru/14/21 (дата обращения 09.08.2026)
[Извлечения]
Для мамы эти годы были годами борьбы за физическое выживание. По образованию мама была учителем. Окончила ещё в Сталинграде педагогическое училище, но на новом месте в аулах Больше–Нарымского района Восточно–Казахстанской области её знания не были востребованы. Местное население, в основном казахи, со страхом встретили непрошенных гостей. Предварительно советские идеологические работники распространяли мифы о своих же гражданах, российских немцах, как о рогатых чудищах. При встрече маму даже трогали руками за голову, чтобы убедиться в наличии рогов. А у мамы были красивые косы и, убедившись в обратном, казашки доброжелательно стали относиться к нам. А в спецкомендатуру надо было ходить за 10 километров отмечаться.
В 1952 году мы переселились в Верхнюю Теректу в деревянный дом с крыльцом. Это были по моим понятиям «хоромы». Открылась школа, где мама стала работать учительницей, и нам жить стало полегче.
