Памятник павшим в Первой мировой войне. Ташкент, Баткинское христианское кладбище. Autor: Radim Chrást, 29.11.2019. https://www.vets.cz/vpm/36921-pomnik—padlym—v-1-svetove—valce/#36921-pomnik—padlym—v-1-svetove—valce
Т. Волкова, кандидат истор. наук, комментарии: Надпись на памятнике гласит: «Das Vaterland gedenkt dankbar geiner Turkestaner Erde Ruhenden Sohne dio, ihter Pflichi getreu In Weltkrie ghier inr Leben Liessen 1914-1918». («Родина с благодарностью помнит сыновей, покоящихся в земле Туркестана, верных своему долгу и отдавших жизнь в Первой мировой войне 1914–1918»). Российское командование в годы Первой мировой войны относилось к пленным вражеских армий по этническому и конфессиональному признаку: лояльно к славянам и православным румынам, но недоверчиво к немцам, австрийцам, венграм и чехам. Эту категорию пленных уже в 1914 г. отправляли подальше – в Сибирь, Туркестан, на Дальний Восток. В Туркестанском крае оказалось настолько большое количество военнопленных, что не хватало помещений, еды, лекарств, одежды. Лагеря военнопленных расположились вдоль линии железной дороги вблизи Казалинска, Перовска, Туркестана, Черняева, Аулие-Ата, Ходжента, Ката-Кургана, Намангана и Коканда. Офицеры имели ряд льгот, могли жить в городах. С 1916 г. военные власти России разделяют лагеря по национальному признаку, желая привлечь симпатии пленных славянского происхождения. К началу 1916 г. общее число пленных в Туркестане выросло до 200 тыс., что превышало местное городское население. Немцев было не так много. После заключения Брестского мирного договора в 1918 г. военнопленные из России должны были выехать, но некоторые предпочли остаться.
Котюкова Т. В. Туркестанский плен: немецкие и австро-венгерские военнопленные в Русском Туркестане в годы Первой мировой войны // Россия и современный мир. 2017. № 2. С. 47-64.*
————————-
* Для экономии места из авторского текста убраны ссылки на архивы
[Извлечения из текста]
[С. 50]
Генерал-губернатор Туркестана Ф.В. Мартсон ходатайствовал [в 1916 г. – Т.В.] о выводе военнопленных из Туркестана, ссылаясь на недовольство населения, ухудшение экономической ситуации, крайне тяжелые условия содержания (связанные, в том числе, с особенностями климата) и все возраставшего числа побегов, поскольку охранять пленных было некому (регулярные части ушли на фронт). <…>
[С. 54]
Положение пленных-славян Австро-Венгерской армии в Туркестане было значительно лучше. Офицеры пользовались известной свободой, прогуливались в форме по улицам города и собирали толпы зевак. Немецкие же военнопленные помещались, как правило, в тесных и неудобных помещениях, где они находились на положении заключенных и получали худший паек. Приезжавший в Туркестан для инспекции военнопленных представитель США нашел положение австро-венгров более или менее удовлетворительным. В отношении режима, принятого для немцев, он высказался резко отрицательно, настаивая на необходимости его изменения. Эти предложения удовлетворены не были. <…>
[С. 56]
При регистрации пленных военные власти России прежде всего отмечали их принадлежность к одной из неприятельских армий и вероисповедание. Поэтому установить точный национальный состав пленных в Туркестане весьма сложно. Национальный состав военнопленных Габсбургской монархии был таким же разнообразным, как и сама империя. В период Первой мировой войны среди находившихся на действительной военной службе в Вооруженных силах Австро-Венгрии около 25% были австрийцы и немцы, 23 – венгры, 13 – чехи, 4 – словаки, 9 – сербы и хорваты, 2 – словенцы, 3 – украинцы, 7 – румыны и 1% – итальянцы. Военное министерство России приняло меры для отдельного размещения славян от немцев и венгров в лагерях, в лечебных заведениях, при перевозке по территории империи и при перемещении в другие лагеря. Славянам со стороны российского правительства предоставлялись различные льготы. <…>
[С. 61]
Судьбы бывших военнопленных в Туркестане сложились по-разному. На улицах среднеазиатских городов можно было видеть военнопленных, просивших подаяние. Оркестры военнопленных играли в чайханах и ресторанах, весь обслуживающий персонал гостиниц состоял из подданных Габсбургской монархии. Австро-венгерская форма <…> долго мелькала по городам и весям Туркестана. Многие женились на вдовах или брошенных женах и начинали заниматься сельским хозяйством или ремеслом. Их потомки до сих пор проживают в независимых государствах Центральной Азии. Кто-то пытался наладить бизнес, но в условиях большевистского режима это было практически невозможно.
Значительная часть военнопленных заняла места русских солдат в армии. Приблизительно половину Красной армии в Туркестане составляли бывшие австро-венгерские военнопленные, в основном венгры. Многих из них пропаганда сделала энтузиастами строительства коммунистического общества.
На наш взгляд, главное последствие пребывания на территории Туркестана военнопленных-европейцев имеет гуманитарный характер. Пленные стали своеобразным ретранслятором для Европы древней цивилизации Средней Азии, а для Средней Азии – научно-технических и культурных достижений Европы. Несомненно, многие из них не только искренне полюбили Туркестан, но и придали новый импульс его развитию, оставшись там после окончания войны.
